Александр Пешехонов: «В будущее смотрю с оптимизмом»

Александр Пешехонов: «В будущее смотрю с оптимизмом»
12 Декабря 2016

Сегодня в гостях у «Делового Донбасса» — глава Союза архитекторов Донецкой Народной Республики Александр Леонидович Пешехонов, человек, являющийся не просто высоко профессиональным в своем любимом деле, но и обладающий завидным кругозором и энциклопедическими знаниями. Интервью превратилось в приятную беседу и Александр Леонидович рассказал об организации цикла выставок по истории Донбасса, о своих достижениях в творчестве, о том, как найти и обучить талантливого архитектора.

— Александр Леонидович, недавно в нашем художественном музее прошла очень интересная выставка «Невыдуманные истории», организатором которой вы являетесь. Расскажите об этом проекте и о том, какое развитие его ожидает?


— Выставка «Невыдуманные истории» стала логическим продолжением первой выставки, которая была открыта весной в залах донецкого художественного музея. В первой выставке мы рассказывали об архитектурно-строительной истории нашего города в тех объемах и документах, которые были неизвестны ранее широкой публике. Нам удалось плодотворно поработать с материалами республиканского архива. Там оказались интереснейшие документы, позволившие установить имена архитекторов, принимавших участие в проектировании города ещё со времён Юза. Там же обнаружились интересные данные периода 20-30 годов, а также времен оккупации и послевоенного строительства. На выставке было продемонстрировано огромное количество уникальных документов, фотографий, чертежей, о возвращении которых к исследованию мы даже и не мечтали. Экспозиция была выстроена так, чтобы на ней были представлены не только документы и чертежи. Мы стремились придать ей атмосферу тех времен. Поэтому мы включили в число экспонатов уникальные книги и старинные чертежные принадлежности. Особый раздел был посвящен оригинальным работам, в частности чертежам, которые изготавливались с помощью светокопирования или копировались тушью на кальку. Отдельный раздел был посвящен работам наших знаменитых архитекторов, в том числе и Георгия Навроцкого — архитектора, занимавшегося восстановлением разрушенного города. В экспозиции мы разместили множество эскизов и набросков, иллюстрировавших авторские замыслы архитекторов, личные вещи и многое другое. То есть, выставка получилась очень разнообразной по своему наполнению. В результате мы познакомили жителей нашего города и с именами архитекторов, и с историей Донецка, начиная с юзовских времён, которая была отражена на больших фотографиях.


Выставка «Невыдуманные истории», ставшая логическим продолжением этого цикла, имела те же самые цели. Но теперь мы показали историю нашего края в лицах. Наш город возник благодаря заводу, который построил Юз, а люди, работавшие там, участвовали в развитии как самого завода, так и города. Поэтому основная часть наших экспонатов была связана с людьми, работавшими на заводе. В дальнейшем круг людей, чьи судьбы оказались достойны внимания горожан, существенно расширился и мы рассказали об историях людей, представляющих все слои населения. В их числе оказались и представители творческих профессий, чьи имена у всех на слуху, и обыкновенные рабочие, инженеры, военные, внесшие свой, казалось бы незаметный, но такой нужный вклад в историю развития города и завода. При формировании экспозиции мы показали связь с нашим городом многих исторических лиц.

В организации этой выставки и формировании экспозиции нам очень помогла коллекция нашего знаменитого краеведа Валерия Петровича Степкина. Очень интересные предметы быта выставил ещё один наш хранитель истории — Андрей Владимирович Бобрусь. Часть экспозиции была предоставлена музеем государственного предприятия «Донбассстандарт метрология». Материалы из моей коллекции также пополнили выставку.

Сама выставка предполагает неторопливое, медленное знакомство со всеми экспонатами. Каждый стенд был посвящен истории одного человека, где, кроме оригинальных фотографий и личных вещей, были представлены документы и краткие биографии. Даже проводя кураторские экскурсии, я мог лишь кратко обрисовать суть той или иной истории.


Приятно удивило большое количество посетителей на выставке. Да, конечно, я знал, что дончане любят историю, но не ожидал такого внимания к экспозиции и огромного числа уточняющих вопросов. Такой повышенный интерес горожан всех возрастов к выставке только подтвердил, что она была нужна.

— Цикл организованных вами выставок продолжится?

— Да, планов у нас очень много, и мы надеемся порадовать жителей Донбасса третьей и четвертой выставками. Тематика третьей выставки для нас с Валерием Петровичем ясна: мы хотим посвятить ее истории нашего земляка Петра Степановича Котляревского, героя войны 1812 года.


П.С. Котляревский

К сожалению, его имя не так известно и не так часто упоминается в связи с этим историческим событием. Дело в том, что Петр Степанович не принимал участия в столкновениях с французской армией. Сферой его деятельности был Кавказ и то, что он сделал для присоединения новых территорий к Российскому государству, не менее важно и ценно, чем подвиги тех военачальников, которые стали известны по галерее портретов героев Отечественной войны в Эрмитаже. Награды, полученные Котляревским за его заслуги перед Россией, весьма значительны. Он являлся Георгиевским кавалером трёх степеней, был награждён крестом 4-й, 3-й и 2-й степени, получил золотую шпагу за храбрость, обладал орденом Владимира и орденом Иоанна Иерусалимского. Судьба Петра Степановича трагична. Боевой офицер был вынужден уйти из армии после получения тяжелейшего ранения. После одного из боев его обнаружили среди мертвых тел с выбитым глазом и раздробленной челюстью. Можно только удивляться, как при состоянии медицины в IX веке ему смогли сохранить жизнь.

Поводом для организации этой выставки стало ещё и учреждение нашей республикой ордена Котляревского. Уже готовы и утверждены образцы, и мы также хотим их продемонстрировать в экспозиции. Нами собрано много материалов, есть интересные идеи по оформлению, но это всё будет зависеть от финансирования. Отыскать оригинальные вещи той эпохи невозможно, так как они практически не сохранились, поэтому среди экспонатов будут копии интересных документов, картин. Изюминкой выставки станет иллюстрация факта дружбы Петра Степановича Котляревского с художником Айвазовским, который написал портрет военачальника через 20 лет после его смерти. Но портрет не сохранился, осталась только нечеткая фотография картины и несколько зарисовок, сделанных в виде лубков. Мне удалось реконструировать портрет генерала в стиле английского художника Доу, который написал галерею портретов героев Отечественной войны 1812 года. Есть у нас и возможность реконструировать знамена 13-го егерского полка, которым командовал Пётр Степанович, и штандарты казачьей сотни. Сделаны чертежи золотой шпаги, копию которой очень хочется изготовить и показать на выставке. Технических проблем нет, всё упирается в финансы. Ориентировочно открытие выставки намечено на конец января, начало февраля 2017 года.

К весне мы хотим устроить традиционную выставку художественных работ архитекторов, ведь многие из них — прекрасные рисовальщики, живописцы.

— Не могу не спросить вас о живописи. Вы архитектор, сын замечательного донецкого художника, обладаете отличным вкусом. Как, по вашему мнению, идёт развитие живописи в XX и XI веке, не приведут ли модернистские направления в живописи от высокого искусства к поп-культуре, как это произошло с эстрадой? Сейчас стало модно искать сакральный смысл в изображениях, не имеющих никакой ценности.


А. Пешехонов. Портрет профессора Г. Попандопуло

— Хотя я и владею красками, но предпочитаю графические карандашные рисунки. Есть среди архитекторов и те, кто работает акварелью, а бывший главный архитектор города Николай Иванович Савичев даже пишет иконы. Что касается вопроса оценки искусства, то могу смело утверждать, что он сложный и субъективный. Есть «Черный квадрат» Малевича, в котором каждый может найти всё, что ему угодно. Я не могу однозначно заявлять: «Вот это – хорошо, а это – плохо». Убежден, что всё, находящее отклик у людей, имеет право на существование. Это как высокая культура и субкультура. Например, прекрасная оперная партия имеет своих поклонников, но также популярна и не менее сложна традиционная эстрадная музыка. Вопрос в характере восприятия зрителя, рассматривающего произведения живописи, его интеллектуальном уровне. В 30-е годы минувшего века ходила такая шутка: «Музыка Шостаковича плохая, потому, что ее невозможно насвистывать». Ещё я всегда любил рассказывать студентам историю о пожарнике в филармонии, у которого спросили, чем отличается скрипка от рояля. На это он ответил: «Рояль дольше горит». И такое мнение тоже имеет право на существование. Ещё можно провести аналогии с литературой, где есть многотомные романы, повести, рассказы, эссе. Есть и такой жанр, как анекдот, тоже со своими границами и поклонниками.

Всегда была и будет поп-культура с довольно примитивными песнями, звучащими сегодня с эстрады, с мыльными операми на экранах. Но мне лично всё это чуждо. В искусстве я предпочитаю более сложные произведения, заставляющие думать.

— Живопись также должна заставлять думать или же живописные изображения всё-таки должны быть близки и понятны каждому человеку, независимо от уровня его образования?

— Если искусство не будет заставлять человека думать, то начнёт апеллировать к низменным чувствам на уровне рефлексов или животного состояния. Поэтому произведения, заставляющие думать, должны обязательно присутствовать в любом виде искусства. Если взять традиционную классическую живопись — «Бурлаки на Волге» или «Запорожцы пишут письмо турецкому султану», то это монолог. Художник дает совершенно четкую картину. Есть баржа, есть люди, которые ее тянут и вариантов здесь нет. Искусство постмодернизма, наоборот, стремится к диалогу, когда художник только дает первоначальный тезис, а зритель принимает активное участие в осмыслении. Например, современные клипы на песни с абсолютно бессмысленными текстами в сочетании с музыкой, голосом тоже заставляют думать, потому что смысл во всем этом расползающийся. Кстати, большинство современной музыки держится на ритме и рассчитано на уровень физиологического восприятия. Даже биение сердца человека управляется звуковыми и визуальными ритмами. В древнем Китае существовала такая экзотическая казнь: приговоренного привязывали к столбу и начинали бить в барабаны, постепенно учащая ритм. Сердце преступника тоже билось в таком ритме, постепенно ускоряясь и доходя до такого количества ударов в минуту, что человек умирал. Может быть это и грубое сравнение, но смысл остается таким.

— А как популяризировать классическую музыку? Недавно у нас в музыкальной академии состоялся концерт, показавший, сколько талантливых композиторов среди преподавателей. Замечательные песни и романсы, которые они пишут, известны лишь узкому кругу слушателей.

— Классическая музыка – это не только относительно легкие для восприятия Моцарт, Вивальди или Чайковский. Это и композиторы XX века, писавшие сложную музыку. Тот же Шнитке, например. Там совершено иные гармонические схемы, по которым строятся произведения. Меня привлекают Шнитке или Шостакович, однако, бывает тяжело настроиться на восприятие такой музыки. Гораздо ближе мне старинная классическая музыка, вроде произведений Моцарта.

Наши донецкие композиторы – замечательные молодые люди. Есть и корифеи, такие как профессор Александр Николаевич Рудянский или Владимир Иванович Стеценко, который пишет великолепные народные песни и духовную музыку. Мне очень нравится творчество молодых композиторов, в числе которых преподаватель нашей музыкальной академии Роман Качалов. Я имею счастье сотрудничать с этими людьми.

Всё началось с нашего давнего знакомства с замечательным человеком Александром Николаевичем Рудянским. В начале войны на Донбассе он познакомил меня со своими произведениями, которые навеяны взрывами, обстрелами города. После этого я принес ему слова к песне о Донбассе. Текст маэстро понравился и он взялся написать музыку. Первые наброски мелодии он был готов показать мне спустя несколько часов, хотя я думал, что это будет более долгий процесс. Так и родилась наша песня «Храни великий свой народ». Ее исполняли на концерте в оперном театре при завершении праздничной программы. Потом написал гимн Донбассу на музыку молодого и перспективного композитора Романа Качалова, занявший второе место в конкурсе. Ещё у нас с Романом Николаевичем была песня о городе Донецке. А сейчас мы с ним договорились, что будем писать оперу и я работаю над либретто.


Концерт в оперном театре

— На какую тему будет опера?

— Роман Николаевич предложил мне выбрать тему самостоятельно, с одним лишь условием, чтобы она была серьезной. Я долго думал и остановился на пьесе «Безымянная звезда». Либретто пишу по ее мотивам. Когда-то был замечательный фильм Казакова по этому произведению, повествующему о трагической любви. Мы попытаемся решить эту творческую задачу и перенести историю на оперную сцену.

Интересно и сотрудничество с Владимиром Ивановичем Стеценко, который предложил мне сделать перевод с украинского на русский одной замечательной песни, написанной женщиной после гибели своего сына, которая называется «Колыбельная для сына». Работаю над переводом песни для детского хора с украинского на русский. Как-то Владимир Иванович проиграл мне маршеобразную музыку и попросил написать к ней слова. Зная, что Владимир Иванович пишет духовную музыку, я обрабатываю для него покаянный канон, написанный Александром Васильевичем Суворовым.

Что касается популяризации, то она начинается с малого. На концерте в зале музыкальной академии прозвучали произведения донецких композиторов в исполнении студентов с замечательными голосами и прекрасной вокальной школой, что является несомненной заслугой преподавателей, вырастивших таких ребят. Я думаю, что о таких концертах нужно больше информировать город. Да и сама музыкальная академия нуждается в расширении. Нужно рассмотреть вопрос о том, чтобы музакадемия получила нормальное помещение. В ней идет очень интересная работа на высочайшем творческом уровне. Они даже открыли факультет актёрского мастерства и это просто замечательная новая интересная специальность для абитуриентов.

Фактически, культурная жизнь в городе бьет ключом. Не хватает финансирования, в котором нуждаются оперный и драматический театры и филармония, прикладывающая невероятные усилия для популяризации классики.

— Ходит ли молодёжь на выставки живописи или на концерты классической музыки?

— В этом направлении есть проблемы. Я часто бываю в филармонии и вижу, что контингент ее зрителей – люди пожилого возраста. Молодежь в концертном зале имени Прокофьева – это, в основном, студенты музакадемии или музучилища. Но этого мало. То же самое и в оперном театре. Любовь к высокой музыкальной культуре необходимо прививать с детства, продолжать в школе и институтах.

Понимаю, что у нас сейчас очень много проблем и для того, чтобы на спектакль ходили зрители всех возрастов, недостаточно только хороших голосов исполнителей. Нужно яркое, красочное оформление. А это затратно. Мой отец занимался оформлением многих постановок в наших театрах в 50-е – 60-е годы. Я и сегодня, бывая на спектаклях, вижу, что есть вещи, которые можно было сделать иначе и это придало бы спектаклю больше зрелищности, что важно для начинающих зрителей. У нас много талантливых художников и, при наличии должного финансирования, можно делать постановки мирового уровня.

Раньше, когда я ещё преподавал в Донбасской академии строительства и архитектуры, то пытался расширить тематику дипломных проектов примерами оформления сцены для какой-нибудь классической оперы. У нас традиционно на дипломах проектировали гигантские комплексы и сложные сооружения, начиная от торговых комплексов и заканчивая вокзалами и аэропортами, но в результате их проработка выглядела примитивно. Я же хотел, чтобы задачи стояли менее глобальные, но в которых студенты могли бы проработать все детали, все мельчайшие технические подробности. И сценическое пространство позволяло это сделать. Такие проекты могли стать неплохим подспорьем для художников наших театров. Но, к сожалению, идея не нашла поддержки у руководства и всё затихло.

— Среди ваших студентов было много тех, кто пришел в академию не за «корочкой» о высшем образовании, а по зову сердца?

— Такие студенты были и есть. К сожалению, я закончил преподавание в академии лет 8 назад, поэтому за современным уровнем слежу лишь по дипломным проектам. У меня было много хороших учеников, но были и любимые, которые впоследствии нашли своё место в архитектуре.


А. Пешехонов с любимыми студентами

Процесс обучения архитектора – творческий. Такие специалисты – штучный товар, требующий индивидуального подхода и подготовки, при условии, что и сам студент заинтересован в этом. В угледобывающей промышленности есть такой действующий стандарт: если в разрабатываемом месторождении находится 7-10% полезного ископаемого, то месторождение считается рентабельным. Примерно такой процент и среди студентов, если речь идет о состоявшихся в профессии специалистах.

По моему личному опыту, в группе из 25-30 человек попадается, в среднем, 5 ребят, которые при дальнейшей огранке смогут стать хорошими архитекторами. Дает о себе знать проблема «убитого» за последние 25 лет среднего образования, деградировавшего и за счет некачественных учебных программ, и за счет интернета, который не учит детей думать. Та же проблема и с тестированием, где достаточно угадать правильный ответ, а рассуждать совсем не обязательно. Массовая культура отучает студентов от чтения и в ВУЗы приходят безграмотные люди. У многих таких ребят есть желание освоить профессию архитектора, но их ещё нужно к этому подготовить.

Самое главное для человека – умение формулировать свои мысли. А с появлением Болонской системы в высшем образовании студент оказался отодвинутым от преподавателя и предоставлен сам себе. Но личный контакт не заменят никакие методички или электронные конспекты, нужен только диалог. Я читал несколько курсов в архитектурной академии и один из них – архитектурная композиция, аналог музыкальной гармонии для композиторов. Я давал студентам задания писать сонеты. Выбрал именно этот формат, так как в сонете всего в 14-ти строках нужно сформулировать какую-то мысль. Таким образом, я учил своих студентов постигать законы композиции. Я задавал тему, в течении недели сам писал сонет и это же делали все желающие в аудитории. На следующем занятии мы разбирали результаты работы. Это было не обязательное задание и я предупреждал ребят, что сочинение стихов никак не отразится на оценке. Тем не менее, желающих попробовать себя в написании сонетов было немало. Произведения многих из них я храню по сей день.

Я рад, что наше государство уже отказывается от Болонской системы и возвращается к традиционным экзаменам. Хотя время упущено, и мы потеряли очень многое.

— Мы сейчас живём в век скоростей. Вам сложно подстроиться под бешеный ритм современной жизни?

— Я сторонник неторопливого образа жизни. В отпуске мы с друзьями отправляемся в походы. Часто проводим время на природе, за полярным кругом. Там, где вокруг нет никакой цивилизации в радиусе 50-ти километров, можно релаксировать, полностью погрузиться в созерцание прекрасных видов природы, сказочно красивых закатов и рассветов.


На полярном Урале

Сейчас у меня и работа тоже более созерцательная, кабинетная: книги, статьи, переводы. Здесь торопится просто не получается.

— Скажите, а как можно научить современных архитекторов, проектирующих разные торговые центры и офисные здания, не портить вид города?

— В законодательстве не определена такая категория, как прекрасный вид. Мы это подразумеваем, мы пытаемся этого добиться, но пока законодательно эти нормы не закреплены. Думаю потому, что это достаточно субъективно.

Я сам изменил собственное отношение к архитектуре. Если ранее на первом месте была красота объемного решения, фасада, то сейчас я понимаю, что любое здание, как и город — это система, учитывающая миллион вводных, когда нужно соединить между собой тысячи шестеренок. И в этом контексте так актуальны принципы античной архитектуры – польза, прочность, красота. Красота, обратите внимание, идет только после пользы и прочности. Я бы сказал, что всё это надо вводить в определенные рамки. Я считаю, что необходима определенная цензура, а в нашем случае это не только технические рамки, а ещё и понимание экономно запроектированной системы с высоким КПД.

Кроме того, понятие пользы неправильно трактуется нашими заказчиками, считающих, что тот, кто платит, тот и «музыку заказывает». Архитектор получает от заказчика техническое задание и делает проект, учитывая, что он должен приносить максимальную экономическую пользу. А в понимании заказчика главное – это квадратные метры полезной площади. И интересы заказчика далеко не всегда совпадают с интересами города.

Например, сейчас у нас застраивается, в основном, центр города и процесс этот идет хаотично. Да, у нас есть генеральный план. Но он не всегда исполняется и на каком-то этапе застройки начинается беспредел. И со стороны заказчика, и со стороны архитектора. Особенно, если у него отсутствует понятие профессиональной чести и такой специалист готов на всё за деньги заказчика.

Даже если мы что-то сейчас запретим на законодательном уровне, мы мало что получим в результате. Внешний вид города уже изрядно испорчен. К сожалению, на данный момент я не вижу выхода из сложившейся ситуации.


— А что сейчас позитивного в плане архитектурного развития происходит в нашем молодом государстве?

— К позитиву я отношу разработку нового строительного законодательства. Из недр министерства строительства наконец-то выходит проект нового строительного кодекса, которого не было в Украине. Это очень интересный документ, регламентирующий стороны деятельности, которые ранее не охватывались законодательством.

Выскажу и парадоксальную мысль. Многие разрушения, которые получила республика в ходе военных действий, можно обратить на пользу. Например, мы можем восстановить разграбленные и уничтоженные промышленные предприятия с использованием новых технологий.

Началось движение к планированию и пониманию стратегии развития республики, в том числе и экономического.

Есть проблемы, требующие решения. Одна из них – сохранение кадрового состава. Многие специалисты сейчас ищут работу в России. Нужно укреплять и преподавательский состав архитектурной академии. Туда должны прийти практики, которые всю жизнь занимались не наукой, а проектированием.

Но в будущее я смотрю с оптимизмом.

Беседовала Ольга Стретта


Нашли ошибку?
Выделите ее
и нажмите Ctrl + Enter

Публикуем в Viber актуальные анонсы статей, выбранные редакцией Делового Донбасса
Короткая ссылка на новость: http://www.delovoydonbass.ru/~4AngO
Добавить новый комментарий


Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:












Viber DelovoyDonbas/

Просканируй, чтобы подписаться

Viber



000

000






Последние новости




Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.
Email *