Охрана природы Донбасса в надёжных руках

Охрана природы Донбасса в надёжных руках
26 Июля 2017

Государственный комитет по экологической политике и природным ресурсам при Главе ДНР и Издательский дом «Деловой Донбасс»  начинают сотрудничество в рамках информационного партнёрства. Недавно журналисты информационного портала «Деловой Донбасс» встретились в Доме природы с председателем Госкомэкополитики при Главе ДНР Романом Кишканём. Интервью переросло в увлекательную беседу, в процессе которой Роман Владимирович показал себя не просто чиновником, а человеком, по-настоящему любящим свой родной край, болеющим душой за Донбасс и делающим всё, чтобы экологическая ситуация в республике становилась лучше с каждым годом.


Кишкань Роман Владимирович 

Председатель Госкомэкополитики при Главе ДНР

— Роман Владимирович, Государственный комитет по экологической политике и природным ресурсам при Главе ДНР зарегистрирован в феврале 2017 года. Есть ли кардинальные отличия от аналогичной структуры, действовавшей  до 2014 года в Донецкой области?

— Кардинальных отличий от наших предшественников нет. Функциональные задачи у нас почти  те же. Другой вопрос в том, что мы здесь собрали людей профессиональных и ответственных.  Среди наших сотрудников нет тех, кто просто сидит и ждет, когда закончится рабочий день. Мы организовали достаточно жесткий режим, у нас ведется контроль эффективности работы структурных подразделений. Есть специальный отдел организации работы, анализирующий ситуацию и результативность. Его задача – поиск слабых звеньев и их усиление.

Второе серьезное отличие в том, что у нас достаточно активная медийная позиция. Мы открыты для общения с прессой, потому что это важно для понимания людьми проблематики и поддержка с их стороны. Кроме сотрудничества со СМИ, у нас есть своя страничка на Facebook, где мы размещаем самые интересные материалы. Имеется и наш канал на Youtubeдля видеоматериалов.

Если говорить о каких-то особенностях, то это не радикальные отличия. Допустим, мы делаем наш акцент на  формировании государственной автоматизированной системы мониторинга окружающей среды. Хотим использовать современные подходы и средства, чтобы иметь возможность контролировать состояние среды. Наша позиция очень простая, принимать правильные управленческие решения можно только понимая среду, в которой находишься и четко, объективно оценивая ситуацию.  Иначе будет самообман.

— Под автоматизированными системами вы подразумеваете сеть датчиков, анализирующих состояние воздуха, воды, почвы?

— Это не вчерашняя идея. Над этим работала ещё администрация Донецкой области. Мы много времени потратили, чтобы сформировать систему. И основной проблемой были не только измерители. Мониторинг окружающей среды – это инициатива межведомственная и система  тоже должна быть межведомственной. Нужно сотрудничать с водниками, МЧСниками, системой санитарной службы, предприятиями, имеющими свои лаборатории. Всё это должно взаимодействовать, чтобы создавать общую картинку. Приходится решать не только организационные вопросы и продвигать законодательные инициативы для формирования  нормативной базы, но и иногда просто убеждать, доказывая очевидные для нас истины.

 Мы уже подготовили порядок и проект постановления Совета Министров. Он сейчас проходит согласование. Начали работу со «Стиролом», на котором есть собственная  система контроля атмосферного воздуха. Правда там измерители стоят не на территории, а за ее пределами и контролируют ситуацию вокруг. Но подходы, применяемые на «Стироле», могут быть использованы как в городах, так и на других предприятиях.


— На «Стироле» измерители контролируют состояние атмосферы?

— Да, там есть автоматизированная система контроля загрязнения атмосферы, так как это наиболее изменчивая среда. Воду достаточно  контролировать раз в месяц или даже раз в квартал. А с воздухом важны автоматизированные методы и постоянный онлайн-контроль.

— Есть ли в ваших планах на ближайшее будущее, какая-нибудь просветительская программа для  того, чтобы люди лучше понимали, что такое экология?

— Говоря о нашей активной информационной позиции, нельзя умолчать и о том, что также активно мы собираемся развивать деятельность по повышению общественного сознания с образовательными и просветительскими функциями. Главное, начинать надо с младших классов школы.  Я с 1995 года занимаюсь экологией Донбасса и нахожусь в этой системе. Уже многое сделал и представляю, как нужно работать с людьми в плане повышения их экологической грамотности.

Например, у известной донецкой поэтессы Светланы Степановны Куралех есть детская экологическая азбука. Написана она интересно, изящно и не скучно. Мы, получив разрешение автора,  выложили азбуку на наш сайт. Потом мы ее издадим и пустим по школам. И таких проектов будет много.

— А как относитесь к тому, что с другой стороны от линии разграничения нас называют террористами?

— Недавно в ботаническом саду собрались департамент Совета министров, Комитет экологической политики, Комитет лесного хозяйства, администрация города Донецка. Обсуждали перспективы озеленения Республики.  Как по мне, не типичная для террористов повестка дня.

Наш Госкомэкополитки при Главе ДНРначал полноценную работу с марта 2017-го, и мы сразу приступили к разработке документов стратегического плана.  Сейчас готовим документ, который называется «Основы экологической политики Республики». Это то, на что мы будем опираться. Террористы стратегий не пишут и вообще не интересуются завтрашним днем. Им нужно как-то прожить сегодняшний день. И это всё демонстрация того, что на самом деле нормальная ситуация здесь у нас в Республике, а не там.

— Какие главные направления работы Комитета?

— Это традиционные функции, которые всегда были, есть и будут. Прежде всего, формирование экологической политики. Мы - профильная организация, профильный орган исполнительной власти, формирующий эту политику. Следствие такой деятельности – совершенствование законодательства.  На сегодняшний день в республике уже много законов. Большинство из них созданы в 2015 году. Но поскольку некоторые  делались в спешке, они сейчас нуждаются в корректировке. Природоохранное законодательство ДНР включает «Закон об охране окружающей среды», «Об особо охраняемых природных территориях»,  «Об отходах производства и потребления». Крайне важен закон «Об экологической экспертизе», поскольку любое экологически опасное производство, прежде чем быть запущенным, закрыться или расшириться должно пройти обязательную процедуру экспертного анализа, где специалисты определяют, опасно оно или нет и в какой мере должна быть степень ограничения.

Есть постановления Совмина, связанные, например, с переработкой отходов, выдачей лимитов на образование отходов, проведение инспекционных проверок. Это тоже наша работа. На место должна выезжать инспекция и контролировать, как соблюдают предприятия природоохранное законодательство, составлять акты на нарушителей, в том числе по административным правонарушениям. Занимаемся мы  и лицензированием деятельности, связанной с переработкой отходов, и госнадзором в сфере хозяйственной деятельности.

— Какие-то новые подходы к работе применяете?

— Из новых подходов – мы уходим от излишней бюрократии.  У нас было несколько функций, связанных с лицензированием, которые мы считаем лишними. Например, лицензирование деятельности, связанной с переработкой твердых бытовых отходов. Это вторичное сырье и его  переработка не опасна. Людей, занимающихся этой сферой, надо стимулировать, а не загонять в плен бюрократических норм. Сейчас нами подготовлено специальное обращение  в Совет Министров и в профильные комитеты Народного Совета, в котором мы предлагаем внести изменения в закон о видах деятельности, которые подлежат лицензированию.

Для исключения дублирования функций было создано главное управление геологии и туда ушли все вопросы с лицензированием по недрам. Мы не вмешиваемся. Каждый занимается своим делом и это правильно.

Ещё одна наша функция – регуляторная. Осуществление регуляторной функции – это  всевозможные разрешения: на выбросы, на сброс в водоемы, на образование отходов. Ещё у нас есть нетарифное регулирование, вопросы пересечения границы всевозможными опасными веществами. Существует  такой контроль и нормативная база к нему.

Одна из важнейших наших  функций – контроль по соблюдению природоохранного законодательства. Председатель Комитета является ещё и главным государственным инспектором по охране окружающей среды в Республике. Это всё, что связано с инспекционной деятельностью и контролем. Например, каждый год, с весны до конца июня, мы объявляем операцию «Нерест» по контролю за правильным использованием водных биологических ресурсов. Это специализированная работа, в кабинетах никто не сидит, ездим по всей Республике, смотрим, где и что происходит. Принимаем данные нам законом и полномочиями меры.

— Сейчас в республике делают плановое зарыбление водоемов?

— Наш специалист по биоресурсам присутствует при зарыблении. Пишется специальная заявка, мы ее получаем и направляем человека, чтобы он контролировал, что всё правильно происходит. Это связано ещё и с тем, что в ставках стали появляться виды, никогда ранее здесь не обитавшие. Например, у нас был наш золотистый карась. Сейчас стали завозить китайского, напоминающего крупного вуалехвоста. Никто толком не просчитывал последствия для экосистемы от появления этого вида.


— Какова реальная экологическая ситуация на сегодня в свете последних публикаций украинских СМИ об экологической катастрофе в Донбассе?

— Это реальная информационная война. Как минимум с середины 2016 года она стала очень агрессивной. Такова политика Украины. Как мы ее оцениваем? Может быть, я выскажу свое частное мнение, но думаю, что не буду далек от истины. На самом деле, любыми путями представители украинского политического круга  пытаются сюда привлечь иностранцев. Желательно вооруженных, желательно ещё и каски ООН. Для этого нужно создать видимость масштабнойрегиональной катастрофы. Сначала было много криков по поводу того, что здесь террористы, сепаратисты, народ страдает. Но когда стало понятно, что ничего из этого не выйдет и все здравомыслящие люди видят, что это не так, то начали придумывать другие угрозы. Одна из них – экологическая безопасность - возникла в середине прошлого года.

Нюанс в том, что единственной серьезной проблемой и претензией, которая предъявляется Украиной к республикам, стало закрытие шахт. Да, многие шахты закрываются через мокрую консервацию, с затоплением до определенного уровня. Это не означает, что всё отключают и уходят. Просто есть некий безопасный горизонт, до которого может подниматься вода. При закрытии шахт делаются гидрологические прогнозы, расчеты. Это зависит от рельефа, от каких-то других особенностей и свойств грунтов. Ставятся погружные насосы и этот уровень поддерживается. Это дешевле, чем стационарные комплексы откачки с разных горизонтов. По деньгам это сегодня непозволительно для нас. Поэтому ищется общий подход, позволяющий контролировать ситуацию, и это вовсе не означает, что наступил хаос.

К форсмажорному затоплению ряда шахт привели боевые действия в районах, где непосредственно шли бои. А потом, на линии разграничения уже было просто невозможно возобновить работу водоотливных комплексов.

В результате в украинских СМИ появилось много публикаций, в которых процветало мифотворчество.

— Ваше ведомство как-то реагировало на это мифотворчество?

— Мы отвечали на несколько таких публикаций. Есть такой господин Яковлев, украинский гидрогеолог, который написал столько глупостей, что я  даже предположить не могу, где его обучали. Было даже такое утверждение, что из-за затопления части шахт соленые, высоко минерализованные шахтные воды  поднимаются и начинают бурным потоком идти в сторону Северского Донца. В результате, якобы,  минерализация повышается в 8 раз.  И мы пьем абсолютно не живую воду. Это не соответствует действительности. Мы делали публикацию на эту тему, привлекали геологов, производили замеры. Кроме того, из 24-х шахт, функционирующих в режиме водоотлива в ЦРД, только 5 сбрасывают воды в бассейны рек, впадающих в Северский Донец.  Если посчитать общий объем, то он равен приблизительно 0,3 процента от расхода по Донцу. Даже если бы вся шахтная вода попала бы туда, это лишь 0,3 процента.  Конечно, есть проблема консервации шахт, кто же спорит. Но последствия, которые пытаются предсказать украинские СМИ, абсолютно не соответствуют действительности.

— А угроза радиационного загрязнения Донбасса – тоже миф?

— Ещё один миф – радиационное загрязнение, так как шахты сами по себе и шахтные воды не являются источниками радиационного загрязнения. Что касается «Юнкома», то там на горизонте 900 метров действительно был ядерныйвзрыв. Но украинские журналисты настойчиво повторяют глупости, сказанные  этим самым господином Яковлевым. Неправомерно сравнивать взрыв на «Юнкоме» с Хиросимой, где мощность была 20 килотонн. На «Юнкоме» она составила лишь 300 тонн в тротиловом эквиваленте.

Вообще радиационное загрязнение переносят частицы, а вода не является его переносчиком.  Если в нее попадут излучающие частички стронция, цезия или другого радиоактивного элемента, то тогда да, она сможет стать переносчиком радиации.  Но любая вода, содержащая взвесь, плотнее чистой и подниматься вверх она не сможет.  Разве что, кто-то ее будет нагревать снизу, но этого ведь не происходит.

По мнению опытного украинского гидрогеолога Е. Руднева мокрая консервация (читай, контролируемое затопление)  - самый надежный способ для того, чтобы локализовать последствия взрыва на горизонте 900 метров. Начиная с 1979 года, ведется контроль радиоактивного загрязнения шахтных вод и ни разу там не было превышения радиационного фона.

Ещё один миф от украинских СМИ гласил, что шахтные воды при затоплении поднимаются вверх и добираются до Соледара и Артемовска. А поскольку там соляные шахты, то соль будет растворена и эти города уйдут под землю. Любой геолог скажет, что это невозможно с научной точки зрения. Пористость пород, которые там залегают, наличие главной антиклинали Донецкого кряжа не позволят произойти таким процессам.

— Какова экологическая обстановка за линией разграничения?

— В феврале глава ДНР подписал документ, который утвердил Гуманитарную программу по воссоединению народа Донбасса. Там есть раздел Экологическая безопасность. Мы с первых дней своего существования активно туда включились. В рамках продолжающейся информационной войны, готовятся опровержения ложных утверждений и прочие меры. Мы также готовим в адрес Украины материалы об экологически опасных объектах, которым не уделяется должного внимания. Если здесь шахты, то там – химическое производство, множество закрытых и брошенных предприятий. Там огромное количество шламонакопителей и если прорвет их дамбы, то будет страшная экологическая катастрофа. Получается, что с другой стороны от линии разграничения худшая экологическая ситуация с точки зрения безопасности для населения. Положение ухудшила и совершенно удивительная вещь. Эти умники на время проведения АТО отменили любой экологический и технологический контроль. Вот уже три года не работает ни гостехнадзор, ни экологическая инспекция!

— А то, что в Донецке сейчас полный спад в экономике и поэтому закрылись многие предприятия – тоже миф?

— Да, проводилось закрытие производств. Причем не всегда из-за экономических проблем, а часто из-за оптимизации. Например, не нужны были в нашем городе три больших коксохимических цеха.  Все они дымили. Рядом ещё Авдеевский коксохим. Такая концентрация просто недопустима.  Экологи сокращение количества коксохимических цехов приветствовали, так как реально сокращалось количество вредных выбросов в черте города.  Перед Евро-2012 в Донецке было остановлено мартеновское производство – самое грязное. Происходил не только спад производства, но и  внедрение новой электросталеплавильной технологии по лицензии «Сименс». В это, по сути, природоохранное мероприятие,  вкладывалась сумма в один миллиард триста миллионов гривен. В результате, по статистике в период с 2008 по 2012 год произошло снижение объема выбросов в городе на 27 процентов.

— Верно ли, что за время войны в Донецке значительно улучшилась экологическая ситуация?

— Как ни парадоксально, в результате войны, из-за снижения объема производства, экология стала лучше. Кто мог раньше увидеть белок на втором городском пруду в центре Донецка? А жука-оленя? Увеличилось также разнообразие водоплавающих птиц, а на фазанов вообще уже никто не обращает внимания.

На этом завершилась наша первая встреча. В ближайшем будущем «Деловой Донбасс» опубликует беседу с Романом Кишканём о возможностях экологического туризма в ДНР. Надеемся, что наше сотрудничество станет регулярным. Такого же мнения придерживается и Роман Владимирович:

Уверен, что наши совместные проекты будут интересны жителям Республики, они, безусловно, повлияют на повышение их экологического сознания и сформируют особое, природоохранительное мировоззрение. Ведь мы живем в крае с уникальной и щедрой природой, поэтому просто обязаны сохранить и преумножить ее богатства.


Нашли ошибку?
Выделите ее
и нажмите Ctrl + Enter

Публикуем в Viber актуальные анонсы статей, выбранные редакцией Делового Донбасса
Короткая ссылка на новость: http://delovoydonbass.ru/~797Z1
Добавить новый комментарий


Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:












Viber DelovoyDonbas/

Просканируй, чтобы подписаться

Viber



000

000






Последние новости




Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.
Email *