С надеждой на возвращение Бабы Королихи. Часть II

С надеждой на возвращение Бабы Королихи. Часть II
23 Мая 2017
«Деловой Донбасс» продолжает публикацию серии статей из цикла «Восстановим экономику ДНР». В данном выпуске представлена вторая часть материала, опубликованного 16 мая 2017, который посвящён замечательному характеру людей Донбасса.



Наиболее трудным был первый этап восстановления промышленности Донбасса - сентябрь 1943 - июнь 1944 года. В это время электростанции бассейна представляли собой еще руины. Почти невозможно было пользоваться даже теми немногими механизмами, которые имелись в наличии: не хватало электроэнергии. Единственным скудным источником ее были электростанции-поезда. Мощность каждой электростанции-поезда колебалась от 700 до 1500 киловатт. Всего в бассейне их было 8. На Макеевском металлургическом заводе энергетики собственными силами собрали из двух повреждённых турбин одну. С сентября 1943 по апрель 1944 г. в Донбассе было реставрировано 13 турбин и реставрировались еще 15.

При возрождении электростанций приходилось преодолевать огромные трудности. Изуродованные цехи Северо-Донецкой ГРЭС освещались с помощью карликовой динамомашины мощностью в 2 киловатта. Восстановительные работы велись при свете факелов и костров, зажжённых в цехах, где было темно даже днём, так как оконные проёмы были забиты фанерой (не было стекла). Зимой работали в неотапливаемом здании. Огромный сорокатонный статор был поднят при помощи лебёдки, приводившейся в движение вручную; также вручную устанавливались массивные, тяжёлые детали при монтаже котлов.

Для восстановления Штеровской ГРЭС не хватало леса; тогда рабочие использовали бревна из накатника немецких блиндажей. В строительстве линий электропередач участвовали не только энергетики, но и угольщики, металлурги, химики и члены их семей. Линии, строившиеся до войны за год, теперь прокладывались за один - два месяца.

Вспоминает Елена Ломонос, младшая дочь легендарной забойщицы Марии Гришутиной-Ломонос:

— Первую женскую бригаду моя тогда 18-летняя мама собрала в 1943 году на шахте 19-20 (в Горловке Донецкой области) — сразу после того, как Донбасс освободили от фашистов.  За три года своего существования бригада дала 55 эшелонов угля уральским заводам, выпускавшим боевую технику для фронта. По призыву «Девушки, в забой!» были созданы 20 женских бригад забойщиков, которые соревновались между собой, и бригада моей мамы все эти годы удерживала переходящее Красное знамя.

Работали женщины обушками, иной раз ползком, полулёжа: если пласт был невысоким, выпрямиться было невозможно. Тем не менее этим самым обушком давали минимум по две нормы в смену — за себя и за ушедших на фронт отца, мужа, брата. А к Новому, 1944-му году, девушки обязались давать по пять-шесть норм в смену. Зимой 1944-го Мария Гришутина установила рекорд: за смену нарубила 40,6 тонны угля — 11,5 нормы. 19-летняя девушка, конечно, не «дотянула» до рекорда Алексея Стаханова, который в ночь с 30 на 31 августа 1935 года добыл за смену 102 тонны угля — 14 тогдашних «мужских» норм. Но Стаханов работал отбойным молотком, а двое его напарников крепили за ним выработку и убирали добытый уголь.

Для более быстрого пуска электростанций вносились коренные изменения в технологию монтажа и строительства. При восстановлении электростанции Ворошиловского металлургического завода вовремя не прибыла на строительную площадку нижняя часть турбины. Тогда решено было, в отступление от обычной технологии, монтировать вначале верх турбины, а затем, по прибытии, её низ.

В первую очередь восстанавливались менее повреждённые шахты, в которых были затоплены лишь нижние горизонты, шахты с небольшой протяженностью выработок или те, где подземные выработки находились в лучшем состоянии. К этой же группе были отнесены и шахты, дающие коксующийся уголь, хотя восстановление многих из них и было связано с большим объемом работ. Все остальные шахты восстанавливались во вторую очередь. Были и такие шахты, восстановление которых было признано нецелесообразным. С первых же дней после освобождения бассейна горняки взялись за восстановление ряда основных шахт первой группы. Много славных подвигов совершили в эти недели горняки Донбасса. Шахту N 1 - 2 "Смолянка" фашисты заминировали и, взорвав ствол, наглухо закупорили его. Рискуя каждую минуту оказаться под завалом, горняки круглые сутки метр за метром расчищали проход в шахту. Старейшие крепильщики руководили этой работой, воодушевляя горняков своим бесстрашием и отвагой. На третий день доступ в шахту был открыт. Пренебрегая опасностью, запальщики извлекли из шахты более трехсот килограммов динамита, заложенного фашистами.

На шахте имени Л. М. Кагановича треста "Макеевуголь" гитлеровцы подожгли угольный пласт. Шахтеры спустились под землю и там три дня и три ночи боролись с огнем; пожар был потушен. На шахте N 12 - 18 треста "Будённовуголь" бригада стариков во главе с 70-летним пенсионером Жуковым восстановила подъём.

В декабре 1943 г. - через три месяца после освобождения Донбасса - уже действовало частично 50 основных и 585 мелких шахт. Мелкие шахты были оснащены самым примитивным оборудованием - самодельными паровыми лебедками и конными воротами. Уголь добывался в них обушком. И все же в декабре 1943 г. Донбасс добывал 32,1 тыс. т угля в сутки (18% от довоенного уровня).


Неотъемлемой частью восстановления угольной промышленности являлось производство новых машин для шахт, реставрация повреждённого оборудования. В Сталино был организован филиал Всесоюзной экспериментально-конструкторской конторы "Углемашпроект". Коллектив конторы обследовал 16100 единиц оборудования на 245 шахтах. Машины монтировались из отдельных деталей старых машин, почти без применения новых частей. В течение первого года восстановительных работ на шахтах комбината "Сталинуголь" было укомплектовано 75 подъемных машин, 80 вентиляторов, 13 больших компрессоров. Что особенно важно, удалось восстановить почти все крупные уникальные подъемные машины.

Заводы угольного машиностроения восстанавливались машиностроителями Центра и Востока. Для восстановления Горловского завода из Москвы прибыло 300 квалифицированных рабочих и специалистов. К концу войны завод выпустил 600 врубовых машин, свыше 1100 насосов, дал 22 мощных копра, восстановил 60 вентиляторов. Особое значение для возрождения Донбасса имел форсированный выпуск насосов. Из шахт предстояло откачать 623 млн. кубометров воды (с учетом постоянного притока). Это была наиболее ответственная часть работ, ибо от неё зависело восстановление горных выработок. Шахтам не хватало насосов. Так, к концу июня 1944 г. на шахтах, восстанавливаемых трестом "Донбассшахтстрой", требовалось 150 насосов, а было их лишь 15.. Темпы восстановления непосредственно зависели от скорости и масштабов производства насосов. К первой годовщине со дня освобождения Донбасса были восстановлены все заводы угольного машиностроения бассейна.


После войны в шахтах работали около 200 тысяч женщин. Медалью «За восстановление угольных шахт Донбасса» награждено 46 тысяч 300 человек, из них больше половины — женщины.

С первых же дней после освобождения бассейна остро встала проблема кадров: часть шахтеров сражалась на фронтах, тысячи донецких горняков работали на шахтах Востока. Кадры горняков пришлось формировать в значительной мере заново. В середине 1944 г. в Сталинской области старые горняки составляли не более 30%. В течение 1944 г. и в первые месяцы 1945 г. в ряды горняков вливалось более 8 тыс. человек в месяц, в том числе много женщин. Только за три первых месяца после освобождения Донбасса на шахты прибыло около 10 тыс. женщин. Они успешно осваивали профессии забойщиков, навалоотбойщиков, крепильщиков. В 1944 г. имена горловской комсомолки Нины Кузьмевко, макеевских забойщиц Марии Пековой и Марии Гришутиной были известны всей стране. Это были первые девушки, взявшие в руки обушок. Комсомол Украины шефствовал над Донбассом. Свыше 40 тыс. юношей и девушек из городов и сёл республики направилось с сентября 1943 г. по июль 1944 г. с комсомольскими путёвками в Донбасс, преимущественно на его шахты.

Вернулись на свои рабочие места ветераны производства. На шахту "Грузская" Макеевского района пришел семидесятипятилетний пенсионер Иван Егорович Алейников и привел с собой трех дочерей и сына. Старые, опытные шахтёры стали инструкторами, учителями, воспитателями нового пополнения, передавая им свое искусство, опыт, благородные традиции рабочего класса Донбасса. По инициативе старого забойщика горловской шахты "Кочегарка" Григория Финогеновича Сидорченко опытные горняки создавали школы для обучения новичков. Мастера угля Дмитрий Пирожков, Михаил Афонин, Степан Рубан и сотни других энергично обучали молодёжь непосредственно на рабочем месте.

Вспоминает Елена Ломонос, младшая дочь легендарной забойщицы Марии Гришутиной-Ломонос:

 — Моей же маме помогал крепить выработку ее отец-инвалид Семён Гришутин, убирала уголь девчонка-насыпщица. Дед был травмирован в шахте ещё до войны, и его даже на фронт не призвали. Подлечившись, он работал сапожником, растил с мамой девятерых детей: троих дочерей и шестерых сыновей. Но после войны снова полез в шахту и дочь с собой позвал — больше добывать уголь было некому. Мужчины стали возвращаться в забой с фронта лишь в 1947 году.

Узнав о рекорде Гришутиной, 70-летний(!) бывший забойщик макеевской шахты «Грузская» Иван Олейников вместе с тремя дочерьми и сыном снова отправился добывать уголь. Земляк Марии, танкист из Донбасса, прикрепил вырезку из газеты на башню своего танка. И на собрании, в перерыве между боями, однополчане постановили: «Бить проклятого врага так, как крушит угольный пласт Мария Гришутина».

В июне 1944 г. создались условия для перехода ко второму этапу работ - к восстановлению основных шахт, и на очередь дня был поставлен вопрос о механизации добычи угля. К этому времени Донбасс давал 50,9 тыс. т угля в сутки - 21,6% довоенного уровня.

Параллельно с восстановлением угольной промышленности шло восстановление чёрной металлургии Донбасса. Как правило, в первую очередь возрождались "тыловые" цехи - механические, литейные, котельно-монтажные, огнеупорные. Одновременно производилась разборка завалов. На Макеевском заводе размеры завалов в цехах, восстанавливаемых в первую очередь, составляли 60 тыс. тонн. Для вывоза их требовалось четыре тысячи вагонов!

На Енакиевском заводе, наименее пострадавшем, первая домна была пущена уже в декабре 1943 г., но на большинстве заводов восстановление основных агрегатов развернулось лишь с января 1944 г., когда районные электростанции стали давать электроэнергию.

В первый период восстановительных работ высококвалифицированные горновые, сталевары, вальцовщики стали на время плотниками, кровельщиками, каменщиками, землекопами. На Енакиевском заводе, например, строительные бригады целиком формировались из металлургов, а каждую такую бригаду возглавлял опытный строительный рабочий. Бригада каменщиков, укомплектованная сталеварами и канавщиками, во главе со старым обер-мастером по каменным работам Крыловым выполнила все сложные работы по кладке мартеновских печей. Восстановление Сталинского завода тоже осуществлялось не только строителями и монтажниками, но и металлургами. Последние выполнили 25% всех восстановительных работ. Благодаря совместной самоотверженной работе строителей и металлургов первая доменная печь Сталинского завода была введена в строй задолго до намеченного срока. В историю восстановления вошли имена сотен тружеников завода и среди них - сталевара Буренка, старого мастера Соломко, начальника доменного цеха Царицына. Замечательным организатором восстановления и производства показал себя директор этого старейшего завода южной металлургии П. В. Андреев.

В июне 1944 г. почти все заводы Юга уже плавили металл, при этом на Енакиевском, Сталинском, Макеевском заводах был восстановлен полный металлургический цикл (чугун - сталь - прокат).

В августе на заседании коллегии Наркомчермета СССР заместитель наркома И. П. Бардин отметил, что период восстановления лучше сохранившихся металлургических заводов и отдельных их агрегатов завершён и что теперь южная металлургия переходит к восстановлению наиболее пострадавших объектов. Но и в этот наиболее трудный период восстановления коллективы машиностроительных предприятий работали для нужд Советской Армии. Так, уже через несколько дней после освобождения Донбасса, Новокраматорский завод тяжёлого машиностроения выполнял первый военный заказ: вручную, под открытым небом рабочие делали походные армейские печи.

Краматорцы участвовали и в восстановлении железнодорожных мостов, изготовляя для них узлы. Ворошиловградский завод угольного машиностроения имени Пархоменко ещё лежал в руинах, а его коллектив уже помогал шахтам: шесть бригад квалифицированных кузнецов и слесарей выезжали на шахты восстанавливать подъёмные машины, лебёдки и другие механизмы.

Техническая конференция по восстановительному строительству (май - июнь 1944 г.), обобщив накопленный опыт, рекомендовала проектировщикам и строителям широко применять конструктивные решения, позволяющие "максимально сохранить повреждённые конструкции, исправляя их на месте, без разборки или демонтажа", с "широким использованием остатков разрушенных сооружений". Метод "лечения" позволял во много раз ускорить работы (отпадал демонтаж конструкций, оборудования и новый их монтаж) и пускать в ход всё сохранившееся после разрушения.

 Вспоминает Елена Ломонос, младшая дочь легендарной забойщицы Марии Гришутиной-Ломонос:

— Первое время, когда еще не были восстановлены стволы взорванных и затопленных шахт, в подземку на глубину 150-200 метров опускались по деревянным лесенкам через шурф — это дыра в земле — как теперь ходят в нелегальную копанку. Тем же путём поднимались обратно после смены, стараясь прихватить с собой домой хоть немного угля для обогрева жилищ. Шахтной бани не было, одежду, в которой работали, сами себе покупали, сами же дома и стирали. Смена длилась не 6-8, а 10-12 часов. И не всем удавалось вернуться домой. Гибли женщины в шахте точно так же, как и мужчины. Мама стала седой в 22 года — после того как трое суток просидела под завалом, куда попала вместе со всей своей бригадой. Девушки давали знать о том, что живы, постукивая обушками по угольному пласту. Тогда, к счастью, всех их спасли. В 1943-м работали без выходных и отпусков, получая за каторжный труд пайку хлеба. Правда, для подземных рабочих (и для работников горячих цехов металлургических заводов) пайка была «аж» 1200 граммов хлеба в день, а для тех, кто работал на поверхности — 300-400 граммов. За рекорды премировали отрезами ткани на платья. Деньгами зарплату стали давать только в 1944 году — когда шахты Донбасса уже более-менее подняли из руин.

Восстановление основных крупных шахт началось с откачки воды. Шахты получили насосы новых конструкций большой производительности; одновременно внедрялись насосы, отличающиеся простотой конструкции и надежностью в работе. Особо сложна была откачка в сообщающихся шахтах с большим бассейном воды: стоило хоть на одном участке замедлить откачку, как естественный приток воды сводил на нет проделанную работу. Электростанции бассейна нередко допускали перебои в подаче электроэнергии. Каждая такая заминка, как и неполадки в работе насосов, приводила к новому затоплению шахт.

Труднейшей технической задачей была откачка воды из некоторых сообщающихся друг с другом шахт. Так, например, в пяти сообщающихся шахтах Горловско-Енакиевского района накопилось 20 млн. кубометров воды. Каждый час в эти шахты прибывало 1700 кубометров воды. Борьба с этим морем проводилась по тщательно разработанному единому техническому плану для всех пяти шахт. В течение трех месяцев велась подготовка: смонтировали 46 насосов общей производительностью 16,8 тыс. куб. м в час, построили 12 километров линий электропередач, установили дополнительные трансформаторы. После этого сразу развернули наступление по всему фронту. За 18 месяцев воду откачали.

К 1 апреля 1945 г. по всем шахтам бассейна откачали 200,9 млн. куб. м воды, а к сентябрю - 300 млн. куб. метров. Борьба за откачку воды неразрывно связана с именами заместителя наркома угольной промышленности СССР Е. Т. Абакумова, начальника технического отдела комбината Сталинуголь Г. А. Соснова, создателя высоконапорного шахтного насоса А. Я. Подопригора, инженеров Н. Н. Игнатова, В. А. Хорунжего и многих других руководителей и участников откачки. По мере откачки основных шахт развёртывались работы и под землей, и на поверхности. К этому времени восстановили 300 подъёмных машин, 200 шахтных копров, более 300 вентиляторов, около 2 млн. куб. м производственных зданий и сооружений. Если в декабре 1943 г. уголь добывался на 50 основных шахтах, то в декабре 1944 г. - уже на 130, а в марте 1945 г. - на 147.


Студентки города Сталино на разборке завалов возле гостинницы «Донбасс»

Со второй половины 1944 г. развернулись работы и по восстановлению наиболее пострадавших объектов черной металлургии. Строители и металлурги добивались восстановления пострадавших конструкций без их демонтажа. В новомартеновском цехе Макеевского завода колонны были подорваны и осели на 0,5 - 1,5 метра. Их подняли без демонтажа, вместе со всеми связанными с ними элементами здания и кранами. При восстановлении других мартеновских цехов одновременно подымались целые пролеты весом до 800 тонн. В Мариуполе, на заводе "Азовсталь", гитлеровцы подорвали основные колонны и горн доменной печи N 4 объёмом 1300 куб. метров. В результате печь - одна из крупнейших в мире - осела на 3,6 м и на 1,3 м сошла со своей оси. Некоторые специалисты предлагали демонтировать это грандиозное сооружение, восстановить отдельные части и монтировать его вновь. Был избран, однако, другой метод. Решили сразу поднять всю домну, после чего на поднятой уже печи заменить повреждённые элементы новыми. Это был первый в истории мировой металлургии опыт подъёма целой доменной печи весом 2600 тонн. Смелое новшество, ярко свидетельствовавшее о замечательном техническом творчестве советских людей, было подготовлено и осуществлено под руководством инженеров А. С. Каминского, С. С. Крупенникова, П. А. Мамонтова.

В 1944 - 1945 гг. были достигнуты первые успехи в восстановлении машиностроительных заводов Донбасса. В июне 1945 г. Новокраматорский завод произвел машин на общую сумму 5,4 млн. рублей. Горловский завод к концу 1945 г. увеличил свои основные фонды почти вдвое против 1940 года. В апреле 1945 г. возрожденный Краматорский станкостроительный завод выпустил первый вальцетокарный станок. Благодаря принятой оригинальной и смелой схеме восстановления всех металлоконструкций главный корпус завода был восстановлен за 7 месяцев вместо первоначально запроектированного 1 года. Уже к середине 1944 г. в Ворошиловградской области на полную довоенную мощность работали машиностроительные заводы имени Рудь, имени Якубовского, имени 20-летия Октября, имени Будённого, Лутугинский.

Партийные и советские органы уделяли большое внимание удовлетворению бытовых нужд населения освобожденных районов. Так, к началу 1945 г. была в основном восстановлена сеть водоснабжения городов и поселков. Тем не менее ряду городов Донбасса - Горловке, Ворошиловску, Макеевке - не хватало питьевой воды. Большая забота проявлялась о снабжении рабочих Донбасса продуктами питания. Восстанавливались подсобные хозяйства. Например, комбинат Ворошиловградуголь восстановил в 1944 г. 20 своих совхозов общей площадью 43 тыс. га и организовал при шахтах 100 подсобных хозяйств. Вся же угольная промышленность Донбасса располагала к концу войны 53 совхозами и 225 подсобными хозяйствами. Кроме того, в 1944 г. горняки Донбасса имели под индивидуальными огородами 31,4 тыс. га земли. Ряд промышленных предприятий создал свои рыболовецкие хозяйства. 6 июля 1944 г. ГКО обязал ВЦСПС открыть дома отдыха и санатории для трудящихся Донбасса, чтобы в них могли одновременно отдыхать 2 тыс. рабочих и 200 инженерно-технических работников. Несмотря на осуществление всех этих мероприятий, обстановка военного времени давала себя чувствовать. Рабочие и служащие испытывали серьезные продовольственные затруднения. Особенно остро ощущалось отставание в восстановлении жилищ. В декабре 1944 г. жилой фонд угольной промышленности Донбасса составил 59% довоенного, значительно отставая от роста числа занятых на шахтах людей.

Вспоминает Пелагея Петровна Шульц-Шаренко, которая 19-летней пришла на шахту № 19-20 в январе 1944 года:

— Да сколько было той зарплаты?  Я получала 60-65 советских рублей. Работала и провожатой, и подгонщиком вагонеток, позже — машинистом электровоза. Хотя подземным стажем никакой надбавки к своей пенсии не заработала. Моя единственная льгота — 50-процентная скидка на оплату коммунальных услуг, дана мне как участнику войны. А вагонетки подгонять под лаву ведь тоже нелегко. Упрёшься горбом в вагонетку и толкаешь. За смену нужно было подогнать около 100 вагонеток: порожняк — под лаву, и обратно с углём — под ствол.

Работая лишь обушком, женщины-шахтеры давали в смену от двух до шести норм. У нас же тогда вагонетки не трёхтонные были, а однотонные, и расстояние между лавой и стволом — не больше километра, в смену женщин 10-12 опускались. К сведению: порожняя шахтная вагонетка весит 200-250 килограммов, груженная углём — 1-1,2 тонны, а породой (она более тяжелая) — до 1,6 тонны! В 1959 году мою собеседницу вывели на поверхность по инвалидности — женщина заработала себе хронический полиартрит.

                                   

Невзирая на трудности с жильем и продовольствием, рабочие и служащие Донбасса под руководством партийных организаций беззаветно восстанавливали заводы и шахты.

За двадцать месяцев (сентябрь 1943 г. - май 1945 г.) рабочие и служащие Донбасса при помощи трудящихся всей страны проделали огромную работу по возрождению промышленности. В марте 1945 г. Донецкий бассейн ежедневно давал 90,5 тыс. т угля - 38,3% довоенного уровня.

На 1 апреля 1945 г. в бассейне находилось в эксплуатации 147 основных и 540 мелких шахт. К концу войны Донецкий бассейн занял первое место в СССР по размерам добычи угля. Суммарная мощность электростанций бассейна достигла примерно 50% довоенной. В чёрной металлургии Донбасса было введено в эксплуатацию 13 доменных печей с годовой производительностью 2,3 млн. т чугуна, 70 сталеплавильных печей производительностью 2,8 млн. т стали, 28 прокатных станов с годовой производительностью 1,7 млн. т готового проката.

До конца войны Донбасс дал десятки миллионов тонн угля, миллионы тонн металла, военной продукции. Возрожденная промышленность Донбасса снабжала наступающую Советскую Армию.

Американская газета «Нью-Йорк таймс» в те дни писала: «Донбасс потерян… На его восстановление понадобятся десятилетия». Но они ошиблись! Работая по пояс в воде, женщины расчищали дворы взорванных шахт от завалов, откачивали из подземных выработок воду, прорубали штреки к угольным пластам, восстанавливали шахтные стволы, готовили очистные забои к работе, создавали женские ударные бригады забойщиц. Они добывали уголь, необходимый для фронта.

К декабрю 1943 года на шахты Донбасса из центральных и восточных районов СССР прибыло до 40 тысяч рабочих электромеханических специальностей, в основном комсомольцы. Но все равно, именно в забой идти было некому т.к. навыками обладали немногие старики-шахтеры, которые и приводили своих дочерей и внучек.

В это время на восстановлении шахт работало 194 тысячи человек. За вычетом вышеуказанного 40-тысячного десанта специалистов остается 154 тысячи человек, из которых более 90% составляли женщины!

Это только несколько штрихов к женской, трудовой эпопее Донбасса. А ведь таких судеб - тысячи. Трудно представить, как смогли вынести такую немыслимую, сверхчеловеческую ношу на своих хрупких плечах наши героические женщины. Но они смогли, выдержали и победили.

Теперь я снова хочу задать себе тот самый вопрос немного по-другому: почему человек в то время был так безжалостен к себе, милосерден к другим и считал это справедливым? Ведь были тогда и кровь, грязь, холод и голод, были трусость и безразличие, а человек несмотря ни на что верил в справедливость и милосердие. Ответ на него поможет нам выстоять и победить.

В нашей войне нам неизбежно придется делать то же самое. История повторяется. И народу много полегло и разрушений хватает. Уже сейчас нужно восстанавливать. Нам, никогда не работавшим так, как работали наши деды и бабки, будет трудно, очень трудно. Нам так вас не хватает…

Сестpа и бpат... Взаимной веpой
мы были сильными вдвойне,
мы шли к любви и милосеpдью
в немилосеpдной той войне.

Hа всю оставшуюся жизнь
запомним бpатство фpонтовое,
как завещание святое
на всю оставшуюся жизнь...
Hа всю оставшуюся жизнь.

И в заключение мне хотелось бы снова обратиться к словам библейского мудреца и вместе с ним выразить надежду на то, что счастливая жизнь возвратится на круги свои и вместе с ней незримая Шахтерская Мать, прислушиваясь к гудкам наших возрожденных шахт и заводов, радуясь за нас и за себя, скажет о новых людях Донбасса, как тогда на собрании:

– Если бы их не было, то и меня такой не было бы. Жилистые вы!


Обозреватель «Делового Донбасса» A.PARTIAL


Нашли ошибку?
Выделите ее
и нажмите Ctrl + Enter

Публикуем в Вконтакте актуальные анонсы статей, выбранные редакцией Делового Донбасса
Короткая ссылка на новость: http://www.delovoydonbass.ru/~lABRq
Добавить новый комментарий


Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:












Viber DelovoyDonbas/

Просканируй, чтобы подписаться

Viber



000

000






Последние новости




Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.
Email *